Флот, который гуляет сам по себе

24 февраля 2016, 13:06 6027

Капитан краболова рассказал о схемах нелегального бизнеса и выдвинул свою версию исчезновения кораблей-призраков «Норта» и «Адекса».

В Охотском море безуспешно завершилась активная фаза операции по поиску двух кораблей-призраков «Норта» и «Адекса». Теперь, как сообщается, операция возобновится только в случае появления дополнительной информации о пропавших судах. Ее пока нет. Следователи признают, что история странная. Однако от публичных комментариев предпочитают воздерживаться.

Жилет, круг и плот

Официальные данные о происшествии весьма скудные. Известно, что утром 7 февраля неподалеку от северокурильского острова Парамушир почти одновременно сработали два аварийных буя, один был зарегистрирован на «Адекс», другой на «Норт». Позднее в море удалось найти три гидрокостюма, а также спасательные жилет, круг и плот.

На борту «Адекса», вероятно, находились 16 человек (девять из них — жители сахалинского города Невельск). Информация об экипаже «Норта», а также о владельцах обоих судов отсутствует. В Дальневосточном следственном управлении на транспорте сообщили лишь о том, что «Норт» и «Адекс» принадлежат одной иностранной компании.

То, что ситуация с безопасностью мореплавания в Охотском море, мягко говоря, не вполне благополучна – не новость. Однако факт исчезновения сразу двух кораблей удивил даже специалистов.

Эксперты и правоохранители сходятся в одном – пропавшие суда, скорее всего, вели браконьерский промысел. Оба неоднократно меняли названия, задерживались по подозрению в незаконной добыче краба.

Пока выдвинуты две версии ЧП. По одной из них, суда могли затонуть, столкнувшись, например, при перегрузке улова. По другой – кораблекрушения вообще не было. Моряки якобы умышленно сбросили в воду аварийные буи, чтобы запутать пограничников, а сами скрылись в неизвестном направлении.

Чтобы прояснить ситуацию, я встретился с капитаном сахалинского краболова, который несколько лет назад вел промысел на одном из кораблей, подобных «Норту» и «Адексу». Он вкратце обрисовал схему (или одну из схем) нелегального бизнеса и предложил свою версию таинственного ЧП в Охотском море.

«Воровайки»

По словам капитана, сегодня корабли-призраки (на морском сленге их называют «воровайки») в дальневосточных морях можно встретить не так часто, как лет 6–7 назад. Они, однако, по-прежнему довольно активны. Среди «вороваек» много старых судов. Рыбаки устраиваются на них, невзирая на риски, из-за относительно высоких и стабильных заработков. Попасть на легальное судно, где гарантирована приличная зарплата, в наше время непросто. А за копейки заниматься каторжным рыбацким трудом найдется не много желающих. Технические средства контроля (ТСК) на корабли-призраки не устанавливают. Поэтому центр мониторинга не может через спутник отследить их местонахождение.

Если же в район незаконного промысла заходят пограничники, капитанов «вороваек» об этом нередко предупреждают. Их представители узнают о приближении патруля по каким-то своим каналам. Нелегалы в этом случае резко прекращают работу и «бегут» в океан.

– Наверное, это создает дополнительные риски? Вдруг в океане шторм, а вам приходится идти не к берегу, а от него.

– Шторм – это браконьерская погода, – ответил капитан. – Пограничники при больших волнах в море обычно не суются. Поэтому браконьеры в такие моменты чувствуют себя относительно спокойно…

После успешной рыбалки моряки складывают добычу в трюмах, крабовые ловушки оставляют в море, а промысловое оборудование либо разбирают, либо маскируют.

В порты Японии или Южной Кореи «воровайки» заходят уже не как добывающие, а как транспортные суда.

На берегу улов выгружают и везут на перерабатывающий завод. Если продукция соответствует качеству, иностранные партнеры расплачиваются с капитаном наличными. Деньги он делит на весь экипаж (с судовладельцем расчет идет по другой схеме, моему собеседнику она неизвестна). Рассчитавшись с командой, капитан снова ведет судно в рейс, находит в море свои же оставленные ловушки и продолжает вести браконьерский промысел.

«Норт» стал «Адексом»?

Собеседник поделился и своим видением ЧП у берегов Парамушира. Он считает, что кораблекрушение потерпело одно судно, а не два.

– У бизнесменов, которые занимаются нелегальным крабовым бизнесом, как правило, имеются документы сразу на несколько кораблей. Возможно, затонувшее судно раньше ходило в рейсы под названием «Норт», затем стало «Адексом». Табличку на борту экипаж, естественно, поменял, а буи оставил от двух судов… В результате затонуло одно судно с разными аварийными буями, – полагает капитан.

По его мнению, в Охотском море произошел оверкиль (опрокидывание корабля вверх днищем). Если бы судно получило пробоину, оно бы тоже быстро пошло ко дну. Но не мгновенно. Моряки успели бы подать сигнал бедствия. А вот оверкиль происходит за несколько секунд.

Причин подобного развития событий может быть множество. Чтобы удержаться на плаву во время шторма, судно должно маневрировать: либо идти носом на волну, либо по волне. Если же у корабля, например, заглох двигатель, он становится неуправляемым. Волна бьет ему в борт и может перевернуть в два счета.

Другая вероятная причина оверкиля – обледенение корпуса. Это обычное явление во время шторма зимой. Брызги от волн попадают на палубу и мачту – и тут же замерзают. Из-за быстрого нарастания ледяной массы судно теряет остойчивость. Чтобы бороться с обледенением, капитаны выводят на палубу весь экипаж с баграми, лопатами, ломами. Однако «околоться» морякам удается не всегда. Обледеневшее судно может совершить кувырок в любую секунду…

Добавлю, что косвенно на версию, предложенную моим собеседником, указывает ряд нюансов.

Следователи, например, заявили, что у них нет документального подтверждения выхода в море судна «Норт». Поименный состав экипажа «Адекса» – известен, а вот о моряках с «Норта» нет вообще никакой информации. И еще – по данным сахалинского портала ASTV.RU, «Адекс» раньше действительно выходил в море под названием «Норт»…

Так или иначе, но вопросов в этом деле значительно больше, чем ответов. Хотя их могло и вовсе не быть, если бы в рыболовстве был наведен элементарный порядок. Сегодня же многое в этой отрасли перевернулось вверх дном, как корабль после обледенения. Браконьеры бесконтрольно добывают краба в дальневосточных морях, а легальные камчатские краболовы вынуждены идти на промысел аж в Баренцево море – к берегам Норвегии. Работать в российских водах многим из них запрещено – нет квот. Зато так называемая крабовая мафия плюет на эти запреты и получает баснословные прибыли. Некоторые из мафиози легализовались и стали крупными рыбопромышленниками. Сколько судов и экипажей они для этого потопили под носом у многочисленных правоохранительных и контролирующих структур, остается только догадываться.

P.S.

При отсутствии официальной информации о ходе расследования сахалинский город Невельск полнится слухами. Местные жители поговаривают, что капитан «Адекса» Максим Асянин якобы уже не впервые пропадает вместе с судном и командой. «Воровайки» действительно периодически исчезают из эфира, чтобы запутать следы надзорных органов. Однако экипаж «Адекса» почему-то слишком долго не дает о себе знать.

Владимир Хитров, «Новая газета»

Подписывайтесь на новости Камчатки в Telegram. Самые важные новости - весь день на ваш смартфон.

КОММЕНТАРИИ

Шторм (аноним) | 28 февраля 2016 г, 21:00

Мы уже давно в оверкиле! Так что нечему удивляться!

Капитан Смолет (аноним) | 26 февраля 2016 г, 18:01

Порядок в нашем рыболовном ведомстве отсутствует не только сегодня, но очень давно. Как, впрочем, и во всей нашей несчастной стране, где смертельно опасное "обледенение корпуса" не заметно разве то что слепому. От оверкиля страну спасёт разве только чудо.


Оставить свой комментарий   Некорректный логин или пароль
Аноним Ваше имя: Пароль: Зарегистрироваться Просьба воздерживаться от нецензурной лексики, как открытой, так и завуалированной. Содержащие её сообщения, в соответствии с законодательством РФ, будут удаляться.